Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

— Многие знают тебя как талантливого писателя, сценариста и режиссера, однако далеко не всем известно о твоем страстном увлечении тяжелым роком и винтажной Hi-Fi аппаратурой. Как случилось, что ты этим заинтересовался?

— Интересовался я этим с восьмого класса, но до 2007 года был не очень требовательным к аппаратуре. У меня был простой музыкальный центр, звучание которого долгое время меня устраивало. В 2007 году, приступив к работе над фильмом «На игре», я понимал, что меня ждет очень трудный этап — полтора года работы по 16-18 часов в день с регулярными недосыпами. Я понимал, что мне нужна какая-то энергетическая «подпитка» и купил себе первый в жизни комплект относительно приличной аппаратуры от компании Aleks. Колонки id570 Amati, которые стояли у меня долгое время, я по сей день считаю лучшей бюджетной акустикой, если не рассматривать винтаж.

В 2011 году я случайно купил деку Nakamichi, услышал, как вкусно звучит аналоговый звук по сравнению с привычной «цифрой», заинтересовался винилом и понеслось. На тот момент я даже не предполагал, что за этим последуют несколько лет непрерывных поисков, посещений различных выставок, прослушиваний многочисленных салонных и домашних сетапов и, конечно, попыток во всем этом разобраться. Безусловно, для человека, знающего цену времени, я потратил много часов странным образом, но мне было интересно. В этом смысле про меня хорошо говорит голландская поговорка: «Если ты получаешь удовольствие от того, как убиваешь время, то ты не убиваешь время».

— Какое место музыка занимает в твоем творчестве? Правда ли, что ты иногда работаешь под музыку?

— В моей жизни часто бывают дни, когда музыка не выключается по несколько часов подряд. Например, есть механическая работа, предположим, править текст. Удивительным образом музыка помогает в сценарной работе. Писать становится легче, появляется дополнительный драйв. А вот литературная работа требует абсолютного сосредоточения, и тогда меня лучше не беспокоить — никакой музыки, никаких звонков, никакого шума.

— Что в наибольшей степени оказало влияние на формирование твоих музыкальных предпочтений?

— До восьмого класса у меня было несколько записанных у приятелей кассет The Beatles и кассета Adriano Celentano — вот и вся фонотека. В 1983 году наш школьный двоечник и хулиган принес кассету группы KISS, я выпросил послушать. Альбомом «Alive II» я был потрясен: оказалось, что эта музыка адресована напрямую к моей нервной системе. Чуть позже другой школьный товарищ познакомил меня с творчеством Iron Maiden, и вот тут я уже окончательно «приехал».

Понимаешь, кому-то нужно умиротворение и вдохновение от классики, кто-то получает кайф от джаза, для меня же благотворнее всего именно роковая энергетическая подпитка. Поэтому, когда мне иногда говорят, что я ничего не понимаю и, дай бог, когда-нибудь дорасту до джаза, я улыбаюсь. Мне почти сорок восемь, сколько расти? Откровенно говоря, джаз для меня очень скучен. Под настроение я могу послушать некоторых исполнителей: Трио Оскара Петерсона, Сонни Роллинза, Дюка Эллингтона, но это знаешь… Да простят меня любители джаза — как лимончелло после еды, чтобы освежить рецепторы. Одна джазовая запись после пятидесяти роковых, а потом снова рок.

Также у меня был большой период увлечения классикой, когда друг-музыкант давал мне слушать различные пластинки известных композиторов. Некоторые классические вещи мне очень нравятся до сих пор, например, все скрипичные сонаты Бетховена. Но я не могу сказать, что у меня есть регулярная потребность это слушать. Драйв и необходимую энергию мне дает только рок-музыка, начиная с прогрессивного рока 70-х, заканчивая тяжелым металлом конца 80-х, и очень небольшим количеством современных групп.

В 80-е годы кассеты стоили дорого, каждая запись была на вес золота, и огромный пласт музыки в то время прошел мимо меня. Сейчас я его с огромным удовольствие для себя открыл. Мое основное внимание привлек период с конца 60-х по 73-й год, когда образовалось безумное количество рок-групп, которые, увы, снес нефтяной кризис, вызвавший сильное подорожание винила. В итоге остались только те, кто реально приносил деньги, те, что у всех на слуху: Black Sabbath, Deep Purple. А огромное число команд распалось, хотя среди них были десятки очень интересных коллективов, например, Skin Alley, Catapillar, Warhorse, Hurdy Gurdy.

Премьера фильма «На игре»

— А как развивались твои взаимоотношения с техникой? Когда ты почувствовал, что тебе хочется от аппаратуры чего-то большего?

— Как я уже говорил, начиная работать над фильмом «На игре» я приобрел стереокомплект в российской компании Aleks. В то время всю мою фонотеку составляли компакт-диски, я и не предполагал, что музыка может звучать как-то иначе — вроде все на месте, вроде играет. Но несколько лет спустя случайно открылось, что все может быть абсолютно иначе!

Как-то раз, убирая комнату, я нашел у себя в ящике старые кассеты и подумал, что выбрасывать мне их не хочется, а слушать не на чем. Исходя из этих соображений, я решил приобрести какую-нибудь простенькую кассетную деку, которую планировал слушать от случая к случаю где-нибудь на даче. В итоге приобрел Nakamichi LX5, стоившую втрое больше, чем я собирался потратить на кассетник. Я услышал заметную разницу между звучанием кассеты и компакт-диска. Самым большим впечатлением стало то, что звук с кассетной деки будто бы вливался в мои уши, а не «вколачивался», как это происходило при прослушивании обычных CD.

Начав узнавать больше про Nakamichi, я заинтересовался аналоговым звуком, а через некоторое время с помощью одного знающего человека собрал себе приличный виниловый тракт. Ну а дальше захотелось выжать из системы максимум. Самое сложное было подобрать акустику: выяснилось, что современные производители не способны предложить ничего, что меня хоть сколько-нибудь устраивало бы по звучанию вплоть до цены в 25 тысяч евро. В общей сложности я переслушал не менее пятидесяти пар различных акустических систем, пока не остановил свой выбор на большой напольной акустике Diatone DS-5000.

— Пользуясь случаем, хочу задать немного личный вопрос. Сейчас в сети много интерьерных фотографий известных персон 70–80-х, которые, возможно, совсем не планировали рассказывать о своих домашних системах, но по сохранившимся фотографиям мы можем сложить некоторое представление об их вкусах к аппаратуре. Так, например, на фотографии знаменитого артиста Андрея Миронова, хорошо виден комплект из техники Sansui. Каким системам отдавала предпочтение московская богема 70–80-х?

— Мы редко бывали в гостях, где можно было встретить такую технику. Для творческой интеллигенции, с которой общалась моя семья, покупка чего-то подобного оставалась за гранью реальности. Могу лишь припомнить, что был такой кинодраматург Леонид Белокуров, у которого дома стоял комплект Grundig. И у режиссера Леонида Марягина, сын которого как раз познакомил меня с творчеством Iron Maiden, была высококлассная система отечественного производства с большими колонками типа Электроника АС. Система Марягина, кстати, звучала интереснее всего, что я слышал в детстве. Позже, когда я уже общался с ребятами, превратившими запись кассет в свой бизнес, слушать приходилось только среднеразмерные музыкальные центры и двухкассетники. Между собой мы с придыханием говорили, что у такого-то спекулянта была кассетная дека Akai с «частоткой 20-20», но нам такие вещи были недоступны. Чтобы записать несколько пластинок на этом Akai, мы везли их через всю Москву. По тем временам это были мои лучшие записи.

— А как супруга относится к твоему увлечению аудиотехникой?

— В этом отношении она руководствуется принципом «понять и простить». Она не любительница музыки, но благосклонно относится к моему увлечению, за что я ей искренне благодарен.

— Поскольку большей части нашей аудитории ты известен как человек, связанный с кинематографом, следующий вопрос назрел сам собой. Есть ли у тебя дома домашний кинотеатр и если да, то из каких компонентов он состоит?

— Нет и даже не планирую его заводить. Более того, моя супруга уже не первый год мягко намекает мне на то, что было бы неплохо избавиться и от телевизора, который мы не включали последние 5 лет. Все-таки кино мы привыкли смотреть в обычном кинотеатре просто потому, что куда-то пойти гораздо приятней, чем смотреть кино дома.

— Тогда расскажи о своем нынешнем аудиотракте. К чему удалось прийти и насколько ты доволен полученным результатом?

— Мой тракт — яркий пример того, как за вменяемые деньги можно собрать крутую систему, готовую отыграть практически любую музыку. Главный акцент, конечно, делался на тяжелый рок, поэтому в системе есть обусловленные этим нюансы — например, выбор головки звукоснимателя, усиление, да и сама акустика. Для классики, например, я бы собирал совершенно другой сетап.

Можно заставить звучать мою систему еще лучше, но я сторонник радикально-прорывных улучшений, а не микроскопических прибавок. Если уж улучшать, то всерьез, и в моем случае это может быть только установка активного четырехполосного кроссовера с четырьмя усилителями на каждую полосу и выбор катушечного магнитофона в качестве источника. Вот это бы я сделал со временем. А на танцы с бубнами, вроде бесконечного перебора головок звукоснимателей и кабелей, смешно тратить время и деньги. На данный момент меня все устраивает.

Как я уже упоминал, при выборе акустических систем я остановился на Diatone DS-5000. Все кабели за исключением силовых у меня мастеровые. Межблочные кабели — медная моножила, акустический — литцендрат. Силовые кабели — «Чернов Аудио». Для подключения цифрового источника я использую кабель с небольшим добавлением серебра.

Проигрыватель пластинок — мастеровой, созданный на базе Dual специально под легкий, одноопорный тонарм Mayware Formula 4 с ММ головкой ADC XLM MK2 Improved. У нее абсолютно натуральное звучание для той музыки, которую я слушаю. Эта головка дает тот же тональный баланс и детализацию, что и мастер-лента. Для пластинок, которые выходили после середины 80-х, головка MC была бы лучше, но таких пластинок у меня всего около тридцати. Фонокорректор также авторский, собранный на винтажных американских лампах Sylvania 12ax7wa. Предварительный усилитель — Audio Research SP-3 на таких же лампах. В качестве источника цифрового сигнала и по совместительству цифроаналогового преобразователя для прослушивания CD не вижу альтернатив студийному рекордеру Tascam DA-3000. Может быть, есть что-то лучше, но цифровой тракт меня не сильно интересует — для нескольких десятков записей, которых не существует в аналоге, Таскама хватает за глаза.

Для усиления я использую лампово-транзисторный биампинг. На средние и высокие частоты работает отечественный двухтактный усилитель Solo, собранный по схеме Сергея Глазунова на саратовских лампах КТ-66. Ну а с нижними частотами справляется транзисторный Sansui. К этой схеме я пришел, перепробовав много различных усилителей, включая очень мощные Technics SE-A-100 и «Антрацит» Разина и Мусатова. Ну, и один из самых главных компонентов — это, конечно, кассетная дека Nakamichi 1000 Tri Tracer, которую я последнее время слушаю чаще, чем пластинки.

— И все-таки, планируешь ли ты какие-либо изменения в своем акустическом тракте? Каким тебе видится его дальнейшее развитие?

— Теперь только активная система! Активный четырехполосный кроссовер и четыре усилителя — по одному на каждую полосу. Виниловый проигрыватель TW Acustic с тонармом Moerch. Катушечник. Также хочу сделать полную профилактику моему предварительному усилителю Audio Research SP3 1972 года выпуска. Его можно отправить в США прямо в компанию-изготовитель, и они полностью его обновят. Своими колонками я вполне доволен, хотя интересно было бы послушать Diatone DS-9000.

— Не боишься ли попасть в бесконечный аудиофильский круговорот техники?

— Никакого круговорота. В существующей системе я не хочу менять ни единого проводка — в ней все устоялось. Даже замена как бы не самого крутого силового кабеля на более крутой делает звук не лучше, а хуже — появляется неприятная долбежка. Все находится в равновесии. Переход к активной аналоговой системе — это не «круговорот», а выход в абсолютный космос. Улучшение на порядок. Я знаю, как это сделать, но по стоимости это тоже космос и нужно совершенно другое помещение. До тех пор, пока не будет соответствующих финансовых и жилищных возможностей, не вижу смысла даже размышлять в эту сторону.

На самом деле очень важно вовремя остановиться. Постоянный обмен шила на мыло у многих людей становится похож на психоз при полном отсутствии значительного результата. Неслучайно, когда мне предлагают послушать тот или иной кабель, я всегда вежливо отказываюсь, поскольку глобально это ничего не изменит. А вот замена проводки в тонарме когда-то повиляла прилично, но это неудивительно — представляете, что стало с тоненькими проводами за четыре десятка лет? Тонарм-то середины 70-х.

— Твоя система оставляет очень приятное визуальное впечатление. Насколько для тебя важен внешний вид компонентов?

— Он совсем для меня не критичен, если взглянуть на мой сетап, то все компоненты по большому счету смотрятся совершенно по-разному, а дека Nakamichi вообще похожа на большой сундук. Супруга, увидев приобретенные мной колонки, заявила, что они напоминают ей два холодильника. Я ответил: «Скажи спасибо, что не JBL, у которых фронтальная панель синего цвета. У тебя вообще случился бы интерьерный шок». На самом деле, мне кажется, что винтажные компоненты, собранные вместе, всегда смотрятся красиво. Самый большой недостаток моего сетапа — это самодельная стойка, но я совсем недавно закончил экспериментировать с усилением, а до того система все время трансформировалась. В будущем я планирую заказать стойку по собственному чертежу с обязательным столиком для проигрывателя винила и тумбой под катушечный магнитофон.

— Собирая свой сетап, в какой момент ты понял, что попал в точку?

— Поскольку я слушаю рок-музыку, для оценки качества стереофонического тракта я использую хорошее знание того, как должна звучать электрогитара. Я много слушал звучание электрогитар из ламповых комбо и знаю, что этот инструмент должен звучать тепло, объемно, плотно и осязаемо, а не как визжащий и скрежещущий слесарный инструмент, с которым его так любили сравнивать советские критики. Подбирая компоненты для своей домашней системы, я в первую очередь стремился добиться качественного звучания именно этого инструмента и, мне кажется, вполне этого достиг. Отдельное спасибо диатоновскому мидбасу на тканевом подвесе и среднечастотнику с куполом из титан-бора.

— У тебя есть набор записей, по которым ты тестируешь технику?

— Референсные записи, безусловно, должны отражать ту музыку, которую человек слушает. Если бы я слушал джаз, то ориентировался бы на живые акустические инструменты — саксофон, контрабас и т.д. В моем же случае это Iron Maiden «Strange World», Judas Priest «Beyond The Realms of Death», Deep Purple «Child in Time» в концертном исполнении, Pink Floyd «Shine on you Crazy Diamond» и Black Sabbath «Air Dance». Каждая вещь имеет свои инструментальные особенности, по которым я тестирую определенные параметры воспроизведения.

— Как ты относишься к теме создания универсального тракта, способного воспроизводить музыку разных жанров? Такое, на твой взгляд, вообще, возможно?

— Думаю, это невозможно. Допускаю, что тракт может быть более или менее универсальным, например, одно играет очень хорошо, а другое — вполне прилично, но хуже, чем это может быть сыграно на другой системе. Если бы я слушал классику, у меня был бы совершенно другой сетап — другой тонарм, другая головка, фонокрректор, акустика. При этом тракт, который бы идеально сыграл классику, мог бы совершенно ужасно играть рок. Кстати, я такие тракты несколько раз слушал. Поэтому, выстраивая систему, нужно быть готовым к тому, что какие-то музыкальные направления всегда будут звучать чуть хуже других.

— Насколько я помню, у тебя был активный период «борьбы с природой», когда ты занимался акустическим оформлением своей комнаты. Что тебя не устраивало и доволен ли ты в итоге полученным результатом?

— Как ты знаешь, я люблю крупную акустику, которая не слишком благоволит к небольшим помещениям. Столкнувшись с многочисленными резонансами, гудящими басами и прочими прелестями неподготовленной для прослушивания комнаты, я поставил шесть угловых, басовых ловушек. В итоге мне удалось добиться удивительного эффекта, при котором музыка заполняла собой все пространство. На сегодняшний день я не могу назвать акустическое оформление моей комнаты совершенным, однако вешать на стены дополнительные панели желания нет. Хочется все-таки жить в комнате, а не в звуковой студии. При этом, если ты обратил внимание, у меня стоят не классические басовые ловушки, а дифлекторы, которые что-то поглощают, а что-то отражают.

— Будучи приверженцем аналоговых источников, как ты относишься к усиливающейся роли цифровых носителей и источников сигнала?

— Это нормально. Сегодняшняя цифровая запись уже приближается к хорошим аналоговым образцам. У меня, например, была пластинка Leslie West 2015 года — она прекрасно записана в цифре. Проблема цифры существует, главным образом, для тех записей, которые в свое время были сделаны в аналоге.

Огромный пласт музыки, записанной на аналоговом оборудовании в 60–70–80-е годы, был переведен в цифру очень плохо. Главным образом это было обусловлено тем, что с помощью первого и очень несовершенного цифрового рекордера Sony оцифровывали с лент готовый мастеринг, чтобы потом записать его на компакт-диск, который, в свою очередь, сам по себе имеет ряд недостатков и ограничений (включая небольшой объем, вследствие чего теряется значительная часть информации). Поскольку 90% моей фонотеки относится к этому временному периоду, вопрос о цифровом тракте для меня закрыт, ведь никакая цифра не в силах конкурировать с аналоговой записью элементарно в силу отсутствия качественных цифровых записей.

И когда мне говорят, что я не слышал какого-то расчудесного ЦАПа, я отвечаю, что провел достаточно много времени, слушая самые лучшие ЦАПы от MSB только для того, чтобы лишний раз убедиться в том, что ни один из них не может сравниться с хорошим аналоговым проигрывателем пластинок. И дело не в качестве сетапа, а в том, что от плохой фонограммы попросту невозможно добиться хорошего звука. Именно поэтому для старых записей аналог, безусловно, лучше, что я всегда могу наглядно продемонстрировать.

Из этого правила есть, конечно, исключения. Например, сейчас выпустили HD-Tracks группы Queen, для которых оцифровали с мастер-лент каждый отдельный инструмент и заново пересвели. Эти цифровые записи звучат лучше пластинок, но таких примеров немного. Еще один интересный момент, хотим мы того или нет — при прослушивании цифры значительно быстрее наступает эмоциональное утомление. Есть несколько теорий, пытающихся объяснить этот феномен, и я лишь могу подтвердить его наличие, поскольку слушать цифровой звук, вне зависимости от качества тракта, больше полутора часов не в состоянии. А звук с аналогового источника могу слушать хоть сутки.

— Правильно ли я понимаю, что винил еще какое-то время будет востребован?

— Давай разделим реальную необходимость слушать в аналоге записи 60–80-х и модное нынче увлечение новодельными пластинками, которые звучат идентично компакт дискам.

Мне кажется, что сегодняшнее увлечение винилом носит в значительной степени тактильные причины. В век невидимых цифровых файлов людям хочется иметь возможность подержать в руках свою музыку, и пластинка в этом смысле выигрышнее, чем компакт диск. А оригинальный винил будет иметь свою цену всегда — и коллекционную, и аудиофильскую. Никакой цифровой источник не даст возможность услышать тот самый Led Zeppelin или Black Sabbath. Правильный звук остался только на виниле или на мастер ленте. С катушечниками, кстати, ситуация более грустная, чем с проигрывателями. Хороший современный проигрыватель купить можно, а вот катушечных устройств такого уровня как в 70–80-е годы больше не выпускают — их надо беречь.

— Используешь ли ты какие-либо аксессуары для ухода за винилом — антистатические конверты, моющие машинки?

— Машинка, конечно, нужна, но я пока обхожусь баллончиком с жидкостью для удаления пятен на тот случай, если пальцем случайно касаюсь пластинки. А мою пластинки в Галерее Винила Вадима Малахова на Лесной улице. Конверты у меня, разумеется, есть — каждую новую пластинку я после мойки обязательно убираю в чистый конверт. Ну, а щеточка, думаю, есть у каждого виниловода.

— У тебя есть какие-нибудь любимые головки, которые ты мог бы порекомендовать для проигрывателя виниловых дисков?

— Конечно! Из ММ головок это прежде всего ADC XLM MKII, Empire 4000, а из МС — Ortofon MC20, Lyra Etna и Ikeda SAI. «Лира» по тональному балансу очень близка к моей ADC, но более детальная и энергичная. Кстати, это не всегда хорошо: на многих записях, особенно 70-х, излишняя детальность разрушает целостность восприятия, расщепляя музыку на отдельные звуки. Ну невозможно слушать с МС-головкой Grand Funk! А вот для дисков, выпускавшихся с середины 80-х, когда дорожки стали плотнее располагаться друг к другу, преимущества MC-голов очевидны. Кстати, несколько своих самых любимых пластинок, относящихся к этому периоду, я записал на Nakamichi с винилового тракта, оснащенного тонармом Tri-Planar и головкой Lyra Etna. Звучат эти записи фантастически — заметно лучше, чем воспроизводит с пластинки мой собственный виниловый тракт. Ikeda SAI идеально подходит для классики — для этого направления музыки я лучше ничего не слышал.

— У тебя большая коллекция пластинок? Какие из них самые любимые и какая твоя самая любимая музыкальная композиция?

— На сегодняшний день их примерно три с половиной сотни. И еще приблизительно столько же альбомов записано на кассеты с пластинок и катушечных мастер-лент. Я беру в фонотеку только то, что мне очень нравится, что хочется слушать неоднократно. Честное слово, не понимаю людей, имеющих в фонотеке несколько тысяч альбомов. В году 365 дней. Даже если слушать по десять пластинок ежедневно, на что нужно много свободного времени, то владелец всего трех с половиной тысяч пластинок послушает каждую из них один раз в год!

Я меломан, а не коллекционер и не согласен слушать свои любимые альбомы так редко. Поэтому принцип составления моей фонотеки — только самые лучшие альбомы любимых жанров: тяжелый рок, блюз рок, арт-рок, про-рок, хэви- метал. Есть группы, у которых на большинстве альбомов всего до двух-трех хороших композиций, например, Whitesnake. Из таких композиций я делал на кассеты сборники. А самые любимые композиции, пожалуй, Led Zeppelin «Since I've Been Loving you», Pink Floyd «Shine on you Crazy Diamond» и Uriah Heep «Salisbury».

— Приходилось ли тебе сталкиваться с мнением, что музыка, записанная с CD на кассету, раскрывается в гораздо большей степени и звучит куда более эмоционально, нежели если она просто воспроизводится на проигрывателе CD?

— Да, это действительно так, и тому есть объяснение: пленка сглаживает цифровые артефакты, и запись звучит более аналогово. У меня есть некоторое количество цифровых альбомов, записанных на кассеты, чтобы облагородить звучание. Я даже подобрал кассеты, которые делают это наилучшим образом: хромовые Maxell XIIL-S. Но все-таки знаешь, гонять на Nakamichi записи с цифры — это все равно, что ездить за хлебом на коллекционном Ferrari. Такая роскошь только для избранных альбомов, которые того достойны. Последний Iron Maiden «The Book of Souls», например.

— Насколько мне известно, ты решил изложить свои наблюдения и опыт прослушивания различной техники широкой аудитории в виде цикла статей на своем сайте hiendmusic.ru. Зачем тебе это нужно и как складываются на этом поприще твои взаимоотношения с довольно консервативным Hi-Fi сообществом?

— Понимаешь, писать статьи и профессионально заниматься аудиотехникой – это совершенно разные вещи. Я неоднократно сталкивался с тем, что многие авторитетные, во всяком случае для меня, персоналии мира Hi-Fi попросту не в состоянии сформулировать свои мысли на бумаге и написать хотя бы небольшой связанный текст. Поскольку профессиональная работа сценариста и режиссера требует организации материала в структуру, то мне в силу профессии гораздо проще представить все накопленные знания в виде органичной и понятной системы.

В какой-то момент наблюдений и впечатлений стало так много, что мне захотелось поделиться ими с как можно более широкой аудиторией. Я много раз сталкивался с тем, что начинающие любители качественного звука, желающие собрать хорошую систему, заходят на различные форумы и не получают никакого дельного совета. Разные люди с разными взглядами советуют диаметрально противоположные вещи, после чего, как правило, начинают выяснять отношения между собой, забывая о том, кто задал вопрос. Когда все дают разнонаправленные советы, при том, что у вопрошающего нет возможности переслушать всю упомянутую технику, получается полный раздрай. Я же стараюсь писать свои статьи так, чтобы ознакомившись с ними, любой человек мог получить хороший звук гарантированно, не повторяя чужих ошибок, не теряя время и не рискуя деньгами.

Что касается моих взаимоотношений с консервативной частью Hi-Fi сообщества, то, конечно, многие люди относятся к моим публикациям очень ревностно — ищут в них малейшую зацепку, чтобы подвергнуть нападкам все суждения скопом. Типа: ты вообще кто такой, чтобы учить, сколько акустики за свою жизнь разобрал и собрал? Да, в том, что я пишу, иногда встречаются неточности, и я всегда благодарен, когда мне показывают, где я неправ. Но все свои статьи я писал не от фонаря. За каждым текстом стоит общение с более опытными людьми, от которых я что-то узнавал, пробы и ошибки, и обязательно результат, который вызывал прилив аудиофильского счастья. Весь мой четырехлетний опыт и все, что мне удалось узнать от более опытных аудиофилов, я выложил в свободный доступ, чтобы помочь начинающим системно разобраться в многообразии аппаратуры и определиться со своим выбором.

— Планируешь ли ты и дальше заниматься популяризацией своего опыта?

— Знаешь, каждая моя статья отражала или улучшения в моей собственной системе или впечатления от прослушивания хороших сетапов у других. Сейчас моя система уперлась в потолок, выше которого только переход к активному кроссоверу. Когда-нибудь я такую систему построю и тогда обязательно напишу про это. А сейчас скажу так: если на моем сайте нет какой-то информации, то значит, для строительства хорошей системы эта информация не нужна. Там описано абсолютно все, что нужно знать про аудиотехнику на уровне пользователя, а писать об этом лишь бы писать не вижу смысла. Лучше роман напишу.

— Какой совет и пожелания, ты можешь дать нашим читателям, которые только приступают к построению своей домашней аудиосистемы?

Первый совет — прочитать все статьи на моем сайте. Второй — строить систему под свои уши и пытаться найти свое во всем — в каждом элементе тракта. Для этого в первую очередь надо определиться с музыкой, которую планируется слушать большую часть времени. Затем можно приступать к выбору акустических колонок, которые являются самым важным элементом системы и на которых не следует экономить. Лучше все остальное купить попроще, и потом улучшить, но колонки купить максимально высокого уровня.

Звучание системы с Diatone DS-5000 я планомерно улучшал четыре года, и еще есть куда расти. Со средней акустикой я уперся бы в потолок практически сразу. Первым источником вполне может быть цифровой, и Tascam DA-3000 закрывает этот вопрос полностью.

Выбор усилителя — вопрос вкуса и кошелька. Хотите магии вовлечения и приятную середину — выбирайте среди ламповых. Если вам важна басовая атака и кач — пробуйте транзисторные. Проигрыватель винила — это уже серьезная тема и требует вдумчивого подхода. Покупая новодельные проигрыватели низкого и среднего ценового сегмента люди зря тратят деньги, в лучшем случае добиваясь звучания обычных CD. Как построить виниловый тракт, чтобы извлечь из него все плюсы аналогового звука, читайте на моем сайте.


Источник: http://stereo.ru/to/uhzgr-pavel-sanaev-esli-ty-poluchaesh-udovolstvie-ot-togo-kak-ubivaesh-vremya-to


Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя

Фонокорректор ламповый для винилового проигрывателя